За тремя замками, за четырьмя засовами

Сегодня день Святого Валентина. Гребаный праздник. Поэтому сей гребаный пост не посвящается ему. Любимых любить нужно не гребаными датами, а сердцем.

Один мой знакомый однажды рассказал мне, что в последнее время его навязчиво преследует одна мысль – отрезать большой кусок белого хлеба, батона… потом взять дерьма из себя, желательно пожиже, коричневого такого, с кусочками пищи (та же кукуруза)… и намазать на батон… а потом откусить.

Бля. Я спрашиваю: «Зачем?». Он говорит: «Не знаю. Но, прикинь, наверное, это будет красиво смотреться – слой белого батона и слой темно-коричневого дерьма слега впитавшегося в верхний пористый слой хлеба…»

Красиво, епт. Но он не сделает этого, не сожрет бутер с дерьмом, потому что здравомыслящий человек. Вот я понимаю это точно так же, как и то, что мечтать о телке, которая покажет мне, как ее трахает кобель – не вредно, но и несбыточно.

Это потаенные такие мысли, за тремя замками, за четырьмя засовами.

Они очень часто идеальны лишь в головах людей. На деле же все выходит совсем по-другому.

Когда-то проводилось исследование по поводу сексуальных фантазий женщин. Среди этого добра присутствовали такие штучки-дрючки, как «групповой секс с тремя мужчинами», «изнасилование» и т.д.

Да, бля, это супер возбуждающие мысли. Даже я *нимб* не отказываюсь от них в своей голове. Но на деле… На деле изнасилование обернется не красивым загорелым самцом, а хуйлом с колючей седой щетиной и воняющим гнилым ртом.

Секс с тремя мужиками? Ну да, во-первых, к этому нужно реально стремиться и учиться. Потому что это целое искусство для женщины, получать удовольствие и попадать в ритм трех мужиков. И вообще, очень ценная наука, почитайте о групповушниках как-нибудь на досуге.

Мысли за тремя засовами нормальные люди держат в голове и никому о них не говорят. Почему? Чтобы тебя посчитали психом. Мало кто захочет подобной славы.

Опять же, если некоторые, кто, насмотревшись фильмов о крутых психах, думают что это на самом деле круто. Хуй там.

Когда я работал в офисе, к нам на испытательный срок пришла тетка одна. Обычная тетка такая, волосы хвостом, неопределенного возраста, синяки под глазами, длинная юбка по щиколотку.

Короче, такие обычно торгуются за пучок петрушки и говорят, что у них нет компьютера не потому, что денег не хватает, а потому что это вредно. Еще у них небритый лобок с волосами чуть ли не до пупка. Ну, и волосатые ноги – это естественно. Черные толстые волосики на белой ноге.

Работала она на базе – собирала информацию по фирмам, потом эту базу пользуют менеджеры разных отделов для обработки клиентов.

Но после испытательного срока ее укандрючили нафиг. Почему? Да потому что она оказалась сумасшедшей. Кто-то увидел ее в городе: шла вприпрыжку и что-то напевала под нос. Для ребенка это норма, для взрослого человека – ахуеть!

Да и на работе она, конечно, смотрелась не очень. Каждый день замечал странности какие-то. В общем, ненормальная тетка.

И ей как-то не восхищались, а наоборот – ржали и насмехались.

Поэтому псих из фильма, которого все боятся и уважают, безбашенный крутой чел, у которого каждые день новая пара сисек – бред. В жизни все прозаичнее.

Обычно потаенные мысли касаются секса. Секс рулит. Кстати, я пишу об этом не потому, что у меня спермотоксикоз, а потому что это моя философия.

Что еще кроме секса держат в своих больных головах люди? Конечно же, деньги. Деньги рулят.

А деньги и секс рулят вдвойне. Весь ужас ситуации в том, что когда пара этих компонентов вместе, то все нормально. Но стоит им разъединиться, как начинается истинный ад.

Правда, иногда деньги заменяют секс в физическом смысле, но не наоборот. Так что человек, у которого есть одно, и нет другого, потенциально опасен.

Почему опасен? Если нет денег (чтобы жить, хотя бы), то ценность человеческой жизни и нормы морали исчезают, вытесняемые инстинктами. То, что раньше было за тремя засовами внутри башки – вылезает наружу. Не нравились богатые, у которых есть всё? Теперь на то чтобы грохнуть их нет абсолютно никакого запрета.

Если нет секса (очень долго), то исчезают нормы морали и что-то еще… Что-то человеческое. Это понимаешь только после оргазма, когда вместе с уходом спермы приходит осознание, что в течение какого-то времени тобой руководили яйца, а не голова. Это реально унижает человека. Причем собственной же рукой давит в ведро с соплями.

Да. Вот прям в ведром с зелеными соплями, представляете? Я представляю. Но не могу себе перебороть. Мои тайные желания по-прежнему сидят в голове, ага. И я задаюсь мыслью – неужели люди так слабы, что только лишь после каких-то ФИЗИЧЕСКИХ изменений, происходят изменения ВНУТРИ?

Напоследок просто пример приведу. Из своего рассказа. Про парня, умеющего заставлять людей. И вы просто признайтесь самим себе – хотелось бы вам оказаться на его месте. На секунду. На мгновение. Без условностей. Самим себе. За тремя засовами, помните. Проверьте:

----------------------------------------
- Как же тебя зовут? – проговорил парень задумчиво. – Джек? Нет-нет, не так… Бобик? Слишком банально. Норд? Слишком редкое имечко для такого оборвыша, как ты, да? Малыш?

Собака коротко гавкнула и сорвалась с места, чтобы опять угостить парня новой порцией своей любви. Но тот остановил ее.

- Постой, братишка. У нас с тобой есть дела и поважнее, ведь так?

Он медленно положил ладони на мохнатое горло собаки, пальцами чувствуя горячий пульс и твердость хряща.

Малыш замер.

- Думаю, ты меня простишь за то, что я сейчас сделаю, но так должно быть и никак иначе.

Он не сказал своему молчаливому собеседнику, что ИНАЧЕ может быть. И если оно будет, то…

Об этом парень не думал.

Еще раз оглядевшись по сторонам, он почти вплотную приблизил лицо к морде собаки, уткнувшись своим носом в ее, мокрый и холодный.

Потом отпустил горло Малыша, закатал рукав куртки и просто вытянул вперед руку, сжатую в кулак.

- Давай же… - прошептал он, нервно облизывая губы.

Пес жалобно заскулил, поджав хвост, и на мгновение парню стало его жалко. Но лишь на короткое мгновение. Он отогнал слабость проверенным способом – вспомнив одну вещь, ради которой он и делал все это.

- Давай… - процедил он сквозь сжатые зубы.

Собака широко открыла пасть и сомкнула челюсти на кулаке. Осторожно.

Очень осторожно.

А то, что было дальше…

Малыш стал насаживаться на руку. Из его горла доносилось бульканье, живот дергался в спазматических рвотных судорогах, но он продолжал… Шел вперед, напрягая мышцы лап, цепляясь когтями за землю. Парень чувствовал раскаленную нежную плоть, сквозь которую двигался его кулак.

Пес зажмурил глаза и из-под его век, как показалось парню, потекли слезы.

Ну и к черту! Он был заворожен тем, что происходило.

Раздался щелчок – это рука преодолело самое узкое место глотки.

Кошмарная перчатка продолжала одеваться, причем весьма легко. Парень даже и не напрягался. Это было… это было интимным процессом. Как будто он проникал в девственное лоно прелестницы. Оно сжимало со всех сторон и…

У него началась эрекция. Он просто не мог остановиться, контролировать себя. Да и не хотелось особо.

И вот, наконец, пальцы смогли уцепиться за что-то внутри пса. Он сжал это «что-то» посильнее, шумно набрал полную грудь воздуха и быстро дернул руку на себя.

Собака влажно квакнула и упала, перебирая дрожащими в судороге лапами.

Парень брезгливо осмотрел свою руку, по локоть темную от крови и всего того, что содержалось во внутренностях. Изо рта Малыша тянулся тонкий канал кишки. Парень чистой рукой достал из кармана пакет, встряхнул его, раскрывая, и бросил туда воняющий ком, до недавнего времени весьма сносно переваривающий любые продукты с ближайших помоек.
----------------------------------------